Железнодорожный районный суд г. Хабаровска заочно вынес приговор по уголовному делу в отношении бывшей супруги директора АО «Спецавтохозяйство по санитарной очистке г. Хабаровска».
Она признана виновной по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 285 УК РФ (пособничество в злоупотреблении должностными полномочиями).
В суде установлено, что с 2019 г. по 2021 г. подсудимая, будучи исполнительным директором ООО «Китон Авто» и ООО «Китон Авто ДВ», согласилась на предложение бывшего супруга выступить контрагентами АО «САХ» по поставке, приему и захоронению твердо-коммунальных отходов на мусороперегрузочной станции «Северная».
Директор АО «САХ», в свою очередь, обеспечил беспрепятственный проезд мусоровозов указанных организаций на станцию и приемку от них отходов в объеме свыше 400 тыс. куб. метров без оплаты.
В результате совершенного преступления причинен ущерб АО «САХ» в сумме свыше 156 млн рублей и обладателю 100% акций общества – администрации г. Хабаровска в виде недополученных дивидендов от деятельности общества в размере 10% от чистой прибыли в сумме свыше 15 млн рублей.
Подсудимая от органов предварительного расследования скрылась и объявлена в международный розыск.
Суд заочно приговорил виновную к 4 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима с лишением права заниматься деятельностью в сфере сбора, обработки и утилизации отходов на 2 года.
Ранее в отношении директора предприятия вынесен приговор.
Видеозаписи с участием сотрудников ГИБДД в последнее время приобрели огромную популярность в социальных сетях, такие видео очень популярны. На большинстве таких роликов инспекторы ГИБДД настойчиво требуют прекратить видеосъёмку, объясняя это нарушением закона.
Ещё более распространена ситуация, когда инспектор ГИБДД составляет протокол и запрещает снимать его действия на камеру, угрожая водителю применением силы или наложением ареста. Насколько законны такие требования и что говорит на этот счёт Верховный суд?
Почему инспекторы ГИБДД не любят видеосъёмку?
В глазах инспектора ГИБДД видеозапись — это потенциальный инструмент, который может быть использован против него. Именно поэтому многие сотрудники ГИБДД активно препятствуют съёмке, стремясь ограничить возможности фиксации их действий гражданами. То есть, если что-то сделал инспектор ГИБДД не так, то по видео это можно будет легко доказать, именно по этому инспектора ГИБДД и не хотят, чтобы их либо то как они составляют протокол снимали на видео.
Однако правомерны ли такие требования? Попробуем разобраться, основываясь на действующих нормах законодательства.
Что говорит закон?
Российское законодательство не содержит прямого запрета на видеосъёмку сотрудников полиции. Напротив, деятельность полиции строится на принципах открытости и публичности, что указано в федеральном законе №3 «О полиции». Конституцией РФ также гарантировано право граждан на свободный сбор и распространение информации, которая не противоречит законодательству РФ.
Следовательно, запрет на видеосъёмку инспектора ГИБДД не имеет законных оснований. Если сотрудник полиции требует прекратить съёмку, он фактически ущемляет права гражданина, которые предоставил ему высший закон — Конституция РФ, что недопустимо.
Что говорит Верховный суд?
Конечно одни могут говорить, что запрет законен, другие наоборот- не законен, но последний аргумент в споре о видеосъёмке предоставил Верховный суд РФ.
Представляем Вашему вниманию решение Верховного суда, по обсуждаемому нами вопросу.
Кассационная коллегия рассмотрела дело № 58-КАД20-10-К9, в котором водитель вёл видеосъёмку инспектора ГИБДД, составлявшего протокол. Инспектор ГИБДД потребовал прекратить съёмку, но водитель отказался, продолжая снимать, а когда инспектор ГИБДД «настоял» и водитель был вынужден прекратить видеосъёмку, с такими требованиями инспектора ГИБДД водитель не согласился и решил отстоять свои права в суде.
Первая инстанция признала действия инспектора ГИБДД незаконными, однако с этим был не согласен сам инспектор ГИБДД и подав жалобу, апелляция отменила это решение, поддержав позицию инспектора ГИБДД. Фактически апелляционное решение поддержало законность запрета видеосъёмки инспектора ГИБДД.
Водитель не согласился с таким решением и обратился в Верховный суд, который окончательно подтвердил: снимать инспектора ГИБДД можно всегда и в любом случае.
Верховный суд указал, что требования сотрудников полиции прекратить видеосъёмку не основаны на законе и, следовательно, незаконны. Деятельность полиции открыта и гласна, и любое вмешательство в права граждан на получение информации недопустимо. В своём решении Верховный суд сослался и на Конституцию РФ и на закон о полиции.
Как вести себя, если инспектор ГИБДД требует выключить камеру?
Если инспектор ГИБДД настаивает на прекращении видеосъёмки, не поддавайтесь на его давление. Вежливо объясните, что вы имеете полное право вести съёмку, так как это не запрещено законом. В идеале ведите запись на мобильный телефон, так как современные гаджеты оснащены хорошими камерами и микрофонами, что позволит зафиксировать разговор и действия инспектора ГИБДД.
Если инспектор ГИБДД продолжает настаивать, зафиксируйте это на видео. В будущем запись может стать ценным доказательством в случае судебного разбирательства.
Как правило все требования и угрозы инспектора ГИБДД составить протокол за неповиновение перестать снимать на видео остаются словами, случаев составления протокола по статье 19.3 КоАП РФ мы не знаем. Таким образом, запрет видеосъёмки инспектора ГИБДД и угроза составления протокола за неповиновение это своего рода психологическое давление на водителя, которое часто срабатывает.
Заключение
Видеосъёмка инспектора ГИБДД — это законное право каждого гражданина. Инспекторы ГИБДД не имеют права запрещать съёмку или требовать выключить камеру. Любое нарушение этого принципа будет рассматриваться как превышение полномочий и может стать основанием для дисциплинарного наказания сотрудника полиции.
Защищайте свои права, ведите себя уверенно и корректно, и помните: знание законов поможет вам избежать неприятностей на дороге.
Представьте: у вас забирают участок по решению суда, а деньги за него обещают определить только через полгода. За это время вы теряете и землю, и потенциальный доход. Именно так и происходило — пока один предприниматель не дошел до Конституционного суда. Рассказываем, как его жалоба изменила правила игры для всех собственников.
Частник vs «Автодор»
Господин К, индивидуальный предприниматель, владевший четырьмя с лишним гектарами угодий в одном из сел Тверской области, пожаловался в Конституционный суд.
Как передают ознакомившиеся с документами наши коллеги из «Ведомостей», сначала, полтора года назад, в августе 2024, арбитражный суд принял решение землю у К. изъять в пользу государственной компании, контролирующей дорожное строительство. И (следите за хронологией!) лишь в марте 2025 года лишившемуся земли владельцу была определена сумма причитающейся компенсации – около 2 000 000 рублей.
Обращение в КС частник мотивировал тем, что посчитал нарушенным свое конституционное право. А именно: проигнорирована часть 3 статьи 35 Конституции, где черным по белому прописано правило – материальное возмещение в случаях подобных изъятий должно быть не постфактум, а предварительным. А также, что важно – гарантированным и равноценным.
Неполученная вовремя компенсация могла бы прирасти доходом
Вышло, что истец, после того как потерял собственность без рубля возмещения, ни с земли своей приработка уже не мог иметь, ни пассивного дохода с компенсации, положи он ее, скажем, на банковский депозит.
«ВЕДОМОСТИ Урал» взяли на себя труд прикинуть, сколько бы за год мог получить вчерашний собственник, выплати ему госкомпания 2 миллиона в конституционно гарантированном порядке, то есть «до», а не «после» лишения прав на землю. Средние ставки еще пару месяцев назад доходили до 20 процентов годовых и выше. Математика нехитрая, вышло – от 350 до 400 тысяч не случившихся рублей. Не мизерная сумма для среднестатистического жителя российского села.
Так изымать и компенсировать? Или компенсировать и изымать?
Казалось бы, если основной закон страны гарантирует правило: «нет компенсации – нет изъятия», то какие вообще могут быть вопросы о последовательности действий?!
Однако, в том то и коллизия, что прецедент и жалоба в КС заставили членов Конституционного суда обнаружить противоречие между постулатами Основного закона и некоторыми положениями Земельного и Гражданского кодексов. В последних описание процедуры изъятия несколько размыто и допускает разночтение, а именно – возможность выделения единого по сути вопроса в два исковых производства: одно – об изъятии, другое – об определении компенсации. Что, собственно и произошло на практике, и что, как уверяют юристы, случается часто в судах.
В общем, не было бы у «конституционников» новых забот, да жалоба россиянина помогла. И это уже без иронии, поскольку, по заявлению самих представителей КС, впереди у них работа – потребуется привести в соответствие положения Гражданского и Земельного кодексов с императивом Конституции.
Когда на кону не компенсация, а право не отдавать свое
Этот вид тяжб, в один голос говорят правозащитники, самый драматический и чувствительный как для истцов, так и для ответчиков. Пример тому – один из свердловских споров, прошумевший на всю страну.
С одной стороны противостояния – успешный фермер, выращивающий на двух сотнях гектаров земель в Режевском районе злаковые культуры – овес, ячмень, пшеницу, с другой – «Саумская горнорудная компания», входящая в группу АО «Полиметалл», которая по интересам государства и его лицензии, промышляет в тех же краях, где и владения фермера, разведкой и добычей золота.
Так вот позиции и аргументы нынешнего владельца земли и положившей на нее глаз государственной компании оказались столь равновелики, что в ходе противостояния, в котором, к слову, окончательная точка не поставлена по сей день, суды разных инстанций принимали противоположные решения.
Судите сами, фермер, будучи главой успешного КФХ, кормит пшеницей и прочими злаками страну, у него хорошие ежегодные обороты, налаженный сбыт, да и продовольственная безопасность – не пустой звук, но золотодобытчики тоже важны государству для обеспечения его стратегических запасов. Представляете, сколь точные формулы расчетов нужны судейским товарищам, чтобы ответственно определить, чей вклад в общественное благо будет выше, читай: за кем оставить 200 гектаров.
Звучат даже мнения, что все способен решить компромисс, когда, к примеру, горняки не изымут, а арендуют часть гектаров у фермера для своих технологических нужд.
Словом, Верховный суд направил дело на новое рассмотрение, сочтя достаточным для того основанием жалобу и аргументы фермера, не желающего расставаться с собственностью.
Итожим. Право настаивать на предварительном и равноценном возмещении стоимости уходящего из наших рук имущества закреплено в Конституции страны.
И если один скромный российский предприниматель смог принципиальностью своей определить фронт работ для целого авторитетного КС, не будем и мы стесняться пользоваться этим правом в полной мере. Да и, попросту, знать о нем.
Главный итог: Решение Конституционного суда — не просто победа одного человека. Это сигнал всем: право собственности защищено Основным законом. Теперь у каждого, кто столкнется с подобной ситуацией, есть мощный аргумент: «Сначала — гарантированная компенсация. Потом — разговор об изъятии». Знание этого права — ваша лучшая страховка.
В деятельности Сочинского национального парка и Кавказского заповедника выявлены нарушения с ущербом более 3 млрд рублей. Это следует из материалов проверки Генеральной прокуратуры, которая проходила с 15 по 25 сентября 2025 года. С документами ознакомились «Известия».
В частности, под руководством Сергея Шевелева, который одновременно занимает должности и.о. директора Сочинского нацпарка и директора Кавказского заповедника, «администрацией самовольно лишены права на бесплатное посещение Особо охраняемой природной территории (ООПТ) дети дошкольного и школьного возраста», отмечается в документе. С 2023 года администрация нацпарка взяла с 270 тыс. детей оплату за посещение дендропарка «Южные культуры», информационных центров «Гузерипль» и «Лаура». И заработала на этом 43 млн рублей.
Кроме того, как следует из материалов прокуратуры, администрация заповедных территорий никак не борется с незаконной вырубкой леса. Проверка выявила 21 такой факт с ущербом на 1,3 млрд рублей. В отдельных случаях незаконные вырубки проводились самими структурами парка, говорится в документах.
Речь о том, что более 80% регионов не успевают по разным причинам построить замену старым мусорным полигонам к 2026 году. Поэтому принято решение продлить срок эксплуатации временных объектов размещения отходов до 1 января 2029 года Как сообщили сегодня в Госдуме, текст законопроекта практически готов ко второму чтению Не будут ли регионы и после 2029 года просить продления работы старых свалок, и кто будет нести ответственность за провальные результаты? Замминистра природы Денис Буцаев сообщил, что теперь устанавливается личная ответственность руководителей региональных штабов в этом вопросе: «это профильные замгубернатора, которые ведут соответствующую работу. По итогу этого года уже будут направлены письма о дисциплинарных взысканиях, включая замену курирующего заместителя в связи с тем, что он не справился с возложенными на него обязанностями. Случаи привлечения были и раньше, но сейчас они будут носить системный характер»
Верховный суд (ВС) «зачистит» свои постановления от ссылок на Европейскую конвенцию о правах человека, но сохранит сформулированные с ее помощью позиции — с отсылом на общепризнанные нормы международного права. Это следует из проекта постановления, рассмотренного пленумом ВС 18 ноября. Также на пленуме продолжилось сокращение состава Научно-консультативного совета при ВС, который после назначения новым председателем суда Игоря Краснова потерял уже более трети своих членов.
Пленум ВС рассмотрел 18 ноября проект постановления, которым признает утратившими силу собственные разъяснения о применении Европейской конвенции по правам человека. Документ, который был отправлен на доработку, также предполагает внесение изменений в более чем два десятка действующих постановлений: из них будут исключены ссылки на Европейскую конвенцию и практику Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), а также другие международные договоры, утратившие силу для Российской Федерации. Внесение таких поправок обусловлено прекращением членства России в Совете Европы и ее выходом из-под юрисдикции ЕСПЧ, указывают в суде. Устаревшие ссылки в большинстве случаев предлагается заменить апелляцией к Международному пакту о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года либо к нормам российского законодательства.
Так, в новой редакции документа подчеркивается, что несоблюдение процессуальных сроков нарушает конституционные права граждан и противоречит общепризнанным нормам международного права.
При этом сохраняется ранее принятый порядок исчисления сроков судебного разбирательства по уголовным делам, который включает как предварительное расследование, так и судебное рассмотрение, начинаясь с момента предъявления обвинения или задержания и заканчиваясь вступлением приговора в законную силу или прекращением уголовного преследования. Сроки судебного разбирательства по гражданским делам, как и до сих пор, начинают исчисляться со времени поступления искового заявления, а заканчиваются в момент исполнения судебного акта.
Сохраняются и действовавшие до сих пор подходы к вопросам соблюдения прав заключенных: судам указывается, что условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству, при этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы.
Остались актуальными и правовые позиции относительно вопросов свободы выражения мнений и защиты репутации.
В их числе известный постулат, сформулированный в Декларации о свободе политической дискуссии в СМИ, принятой Комитетом министров Совета Европы,— о том, что политические и публичные деятели, участвующие в общественной жизни, должны быть готовы к критике, в том числе со стороны СМИ. Судам, как и прежде, предписано различать утверждения о фактах, которые могут быть проверены, и оценочные суждения, выражающие мнение или убеждение, которые не подлежат судебной проверке, если не носят оскорбительного характера.
Как ранее сообщал “Ъ”, высший суд на практике уже давал нижестоящим инстанциям понять, что необходимость руководствоваться международными договорами, а также общепризнанными принципами и нормами международного права никуда не делась и после выхода России из Совета Европы в марте 2022 года (см. “Ъ” от 21 апреля). Обновленные положения обеспечат преемственность правового регулирования и позволят российским судам применять нормы международного права в рамках действующей правовой системы, отмечают в ВС.
Также пленум ВС продолжил обновление состава Научно-консультативного совета (НКС) при ВС: на прошедшем заседании из него исключили еще 31 человека.
Напомним, по итогам предыдущего пленума ВС 28 октября возможности принимать участие в обсуждении и подготовке рекомендаций по принципиальным вопросам судебной практики уже лишились 18 членов НКС из 141, включая декана юридического факультета СПбГУ Сергея Белова и нескольких действующих судей. На этот раз среди исключенных из состава экономико-правовой секции оказались несколько профессоров юрфака МГУ, а руководитель Исследовательского центра частного права им. С. С. Алексеева при президенте, секретарь Общественной палаты РФ Лидия Михеева покинула сразу две секции: гражданско-правовую и экономико-правовую.
Александр Гуцан, возглавивший прокуратуру России 24 сентября этого года, в своем первом интервью в новой должности рассказал ТАСС о взяточничестве чиновников, борьбе с коррупцией, самых необычных взятках и изъятии имущества коррупционеров
— Александр Владимирович, 9 декабря — Международный день борьбы с коррупцией. Традиционно это повод для подведения итогов работы в этой сфере, выстраивания новых планов и приоритетов. Как вы сегодня видите роль прокуратуры в борьбе с коррупцией?
— Роль прокурора в сфере борьбы с коррупцией многогранна. На нас возложены ключевые направления антикоррупционной работы: надзор за исполнением федерального законодательства, исковая работа, координация деятельности правоохранительного блока по выявлению преступлений коррупционной направленности, защита прав участников уголовного судопроизводства и поддержание государственного обвинения по таким делам, международное сотрудничество, а также иные направления, реализация которых в совокупности приводит к достижению поставленных целей.
Именно каждодневная слаженная командная работа и является залогом успеха. Популизм и искусственное наращивание показателей здесь недопустимы. Упор в надзоре должен делаться на профилактику нарушений, и начинать здесь следует с наведения порядка в правовом поле.
При этом с уверенностью могу сказать, что федеральное законодательство, устанавливающее стандарты противодействия коррупции, в России одно из лучших в мире. Оно прошло проверку различных международных мониторинговых органов, а главное — действенно работает на практике. Но вот региональные и местные нормативные правовые акты, как и локальное правотворчество, нередко нуждаются в совершенствовании, приведении в соответствие с актами федерального уровня, устранении противоречий и лазеек для нечистоплотных чиновников.
Ежегодно по протестам прокуроров изменяется или отменяется около 30–40 тыс. незаконных правовых актов в сфере противодействия коррупции. Подавляющее большинство из них связано с осуществлением функций в различных органах и организациях, прохождением муниципальной службы. Остальные относятся к регулированию государственной службы. Перед прокурорами ставится задача повысить качество нормотворчества еще на этапе разработки проектов соответствующих актов.
В текущем году по нашим требованиям исключено 24 тыс. коррупциогенных факторов из почти 20 тыс. действующих и проектируемых норм.
Дефекты норм, регулирующих предоставление государственных и муниципальных услуг, могут порождать массовые злоупотребления. Соответствующие акты находятся под пристальным надзором прокуроров. Чаще всего нарушения здесь связаны с отсутствием или пересечением сроков административных процедур, неопределенными основаниями для отказа в предоставлении услуг, возможностью со стороны должностных лиц запрашивать дополнительные документы по своему усмотрению.
Дополнительно подчеркну и важность обеспечения справедливого осуществления разрешительных полномочий госорганов в отношении бизнеса, исключения необоснованных преимуществ и преференций.
— А какие сферы наиболее подвержены коррупции? И с чем это связано?
— Как известно, у коррупционеров нет ни чести, ни совести. Их интерес всегда там, где большие деньги, то есть в наиболее важных для государства сферах: национальные проекты, военные нужды, инфраструктурное обустройство новых субъектов Российской Федерации. Антикоррупционное сопровождение расходов на эти цели, несомненно, одна из первостепенных задач нашего надзора. За неполные два года по материалам наших проверок возбуждено 350 уголовных дел за различные махинации.
— В России с 2017 года действует открытый перечень госслужащих, уволенных в связи с утратой доверия. Это те, кто нарушил антикоррупционные требования без совершения преступления. Как часто и за какие нарушения попадают в этот список?
— Только за этот год по инициативе прокуроров в связи с утратой доверия уволены свыше 700 лиц. Сведения о таких лицах включаются в упомянутый реестр. Пока он носит информационно-воспитательный характер. Но нами уже ведется работа по нормативному закреплению негативных последствий для уволенных по этому основанию — в частности, в виде запрета на замещение соответствующих должностей на определенный период. И количество подобных решений из года в год увеличивается.
Прокуроры ориентированы на то, что неумышленные, малозначительные проступки, связанные, например, с техническими ошибками при заполнении справок о доходах, — задача кадровых подразделений. Акцент надзора смещен в сторону выявления грубых нарушений антикоррупционных норм, влекущих применение данной меры.
Сами справки сегодня для нас уже малоинформативны, поскольку коррупционные активы на субъекты декларирования оформляются в единичных случаях. Как правило, к этому привлекаются родители, совершеннолетние дети, другие родственники и близкие лица. Эти случаи известны. Поэтому мы смотрим глубже, опираемся на определенные источники информации, позволяющие объективно оценить имущественное положение чиновников и соблюдение ими антикоррупционных стандартов.
Отдельно отмечу, что в отношении 200 лиц принцип неотвратимости ответственности за совершение коррупционного правонарушения реализован в рамках относительно новых полномочий прокуроров, предоставленных ст. 13.5 Федерального закона «О противодействии коррупции».
Необходимость в таком инструменте возникает, когда служащие, понимая всю бесперспективность попыток остаться безнаказанными, предпочитают уволиться, не дожидаясь окончания антикоррупционной проверки кадровой службой по месту работы. В этом случае прокурор сам ее завершает и при наличии оснований обращается в суд.
Например, в ходе проверки Генпрокуратурой установлено, что бывшим заместителем директора одного из госучреждений скрыты банковские счета супруга, по которым она осуществляла многомиллионные движения денежных средств. Более того, в условиях конфликта интересов выписывала крупные премии своему брату, работающему у нее в подчинении. Опасаясь привлечения к ответственности, она уволилась с формулировкой «по соглашению сторон». Однако вступившим в силу судебным решением по заявлению прокурора она изменена на «утрату доверия».
— Раз уж заговорили о неотвратимости ответственности коррупционеров, подскажите, какова динамика коррупционной преступности? Как бы вы в целом охарактеризовали борьбу с этим явлением?
— Если говорить о динамике, то на протяжении последних пяти лет количество преступлений коррупционной направленности в среднем составляет около 35 тыс. в год, а за неполный этот год их зарегистрировано уже свыше 36 тыс. Большинство из них связаны со взяточничеством и коммерческим подкупом, мошенничеством, растратой, злоупотреблением и превышением служебных полномочий. К уголовной ответственности привлечено порядка 17 тыс. человек.
Но цифры не всегда отражают истинную картину происходящего. Судить по ним о реальном состоянии преступности и эффективности принимаемых мер можно лишь отчасти. Во-первых, из-за высокой латентности коррупции и невозможности определить соотношение между скрытыми и выявляемыми деяниями. Во-вторых, показывая количество, они не раскрывают качество проводимой работы, которое гораздо важнее. Например, неуместно ставить на одну чашу весов преступления, связанные с мелкими бытовыми взятками и совершаемые организованными преступными группами. Они отличаются как масштабом, последствиями, так и трудностями в раскрытии.
О правильных ориентирах правоохранительной системы свидетельствует рост не только общего числа зарегистрированных преступлений, но и конкретных злодеяний, совершенных в организованных формах, в крупном и особо крупном размерах. Только по итогам полугодия на скамье подсудимых оказалось свыше 670 участников организованных групп или преступных сообществ.
— А как обстоят дела с пресечением взяточничества? Каковы объемы выявляемых взяток? Помимо денег, что еще берут чиновники за свои услуги? Есть ли проверенные способы подорвать мотивацию брать и давать взятки?
— В общей структуре коррупционной преступности удельный вес взяточничества составляет порядка 60%. Средняя сумма взятки по выявленным фактам ее получения и дачи — около миллиона рублей.
Конечно, чаще всего взятки дают и берут наличными деньгами. Нередки и факты подкупа дорогими подарками — автомобилями, часами, ювелирными изделиями. Бывали случаи, когда в качестве взяток оказывались различные услуги, предоставлялись скидки, оплачивались туристические путевки, проводились ремонтные работы и строительство различных объектов недвижимости.
В качестве необычных могу привести примеры взяток в виде дорогого массажного кресла, винного холодильного шкафа и даже ортопедического матраса. А в целом ничего удивительного. Предметом подкупа служит все то, что на текущий момент пользуется спросом.
Действенным орудием против коррупционеров и взяточников, помимо контроля за их имущественным положением, является лишение возможности распоряжения преступными средствами. И важное место в ряду таких мер занимает конфискация имущества, совершенствование механизмов применения которой было предметом детального рассмотрения на состоявшейся в конце ноября этого года коллегии Генеральной прокуратуры.
Убежден, что изымаемые как у коррупционеров, так и у любых других преступников средства должны работать на реализацию государственных интересов и иметь социальную направленность. По моему поручению в настоящее время проводится детальный анализ судьбы изъятого в доход государства имущества, по результатам которого будут приняты дополнительные меры для достижения вышеуказанных целей.
— К слову о конфискации. Складывается ощущение, что прокуратура существенно активизировала работу по обращению в доход государства коррупционного имущества. С чем это связано?
— Антикоррупционный локомотив четко наметил курс, набрал нужную скорость и останавливаться не собирается. При этом, безусловно, механизмы выявления прокурорами незаконно нажитого имущества совершенствуются.
Конкретные цифры по количеству исков, изъятых объектов имущества или их стоимости могут «гулять», что само по себе не означает какой-либо активизации или просадки. Как только мы получаем сигнал о коррупционном поведении, мы отрабатываем его, как говорится, по полной программе, и во многом количественные показатели зависят уже не от усилий и активности прокуроров, а от степени алчности и пораженности сознания конкретного коррупционера, попавшего в поле зрения прокуратуры в отдельно взятом периоде. В целом, повторюсь, все задачи поставлены, прокуроры знают, что и как делать, и работа в этом направлении будет продолжена.
— Какое еще имущество в перспективе может стать «популярным» для взыскания и какие новые тенденции в этой сфере?
— Сегодня активно нарабатывается опыт и создаются предпосылки, в том числе законодательного характера, для изъятия криптовалюты, ценных бумаг, зарубежных активов. Кстати, в конце октября этого года по поручению президента Российской Федерации во Вьетнаме я принял участие в церемонии подписания Конвенции ООН против киберпреступности, и теперь открыта возможность для присоединения к ней других государств — членов ООН. Это по-настоящему историческое событие в области международного права и первый в мире глобальный международный договор в сфере противодействия использованию информационно-коммуникационных технологий в преступных, в том числе коррупционных, целях.
Причем разработан он по инициативе Генпрокуратуры России при содействии МИДа.
— И в завершение скажите, планируете ли вы менять что-либо в подходах ваших подчиненных?
— Я уже довел до своих подчиненных, что отчитаться инструментами не получится. Людям нужны не проведенные совещания, семинары и прочее, а реальная отдача. Не резонанс в СМИ, а конкретные ощутимые результаты — восстановленные права, взысканное в доход государства или возвращенное законным владельцам имущество. Именно это и является мерилом нашей работы на антикоррупционном треке.
В 235-м гарнизонном военном суде в Москве к заключительной стадии подошел судебный процесс по резонансному уголовному делу о фальсификация преследования в отношении руководства компании Merlion с целью получения ее активов. На скамье подсудимых шесть фигурантов: два бывших оперативника ФСБ по Москве и Московской области – Павел Крылов и Александр Бибишев, три следователя СК – Сергей Ромодановский, Рустам Юсупов и Андрей Жирютин, а также адвокат Вадим Лялин.
Как рассказал «Ведомостям» источник, знакомый с ходом процесса, на прошлой неделе в военном суде началась стадия прений. Представитель надзорного ведомства запросил наказание для всех фигурантов. По словам собеседника, следователям были запрошены самые суровые сроки – по 25 лет лишения свободы для Юсупова и Ромодановского, 23 года для Жирютина. Экс-сотрудникам прокурор потребовал назначить чуть меньше: Бибишеву – 20 лет лишения свободы, Крылову – 18. Для адвоката Лялина гособвинитель попросил реальный срок – 18 лет.
Подсудимым в зависимости от их роли и участия инкриминируется несколько составов преступлений: участие в организованном преступном сообществе (ОПС) с использованием служебного положения (ст. 210 УК), покушение на получение взятки в особо крупном размере (ст. 30 УК, ч. 6 ст. 290 УК), фальсификация доказательств и результатов оперативно-розыскной деятельности (ст. 303 УК), а также злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК).
Сторона защиты от подробных комментариев пока воздержалась, поскольку судебный процесс проходит в закрытом режиме. Один из адвокатов подтвердил, что стадия прений действительно началась, но сроки не назвал. «Не могу сказать, у нас закрытое разбирательство. Мы будем настаивать на невиновности», – сказал защитник. Как ожидается, 8 декабря к выступлениям в прениях перейдут адвокаты. А приговор может быть вынесен до конца года.
По версии следствия, ОПС была создана в 2019 г. еще одним бывшим следователем СК Кириллом Качуром (считается в России иноагентом) (признан в РФ иностранным агентом) и его отцом Виталием. Оба находятся сейчас в международном розыске, писал RTVI. По данным издания, членами ОПС, в которую входили подсудимые, вымогались деньги у владельцев IT-компании Merlion Олега Карчева, Владислава Мангутова и Алексея Абрамова. Последних, а также главу службы безопасности фирмы Бориса Левина обвинили в подготовке покушения убийства своего бывшего сотрудника – экс-гендиректора Merlion Вячеслава Симоненко.
Спустя четыре года заявление якобы потерпевшего Симоненко легло в основу уголовного преследования, которым занимались сотрудники СКР. RTVI со ссылкой на материалы дела пишет, что Крылов и Бибишев вместе со следователями Ромодановским и Юсуповым не позднее 30 июня 2020 г. сфабриковали результаты ОРМ, который они сами и проводили. В итоге осенью 2020 г. все трое руководителей Merlion и Левин были арестованы, а после этого, используя адвоката Лялина, считает следствие, фигуранты начали вымогать по 5 млрд руб. с каждого из топ-менеджеров IT-компании за смягчение меры пресечения. После передачи расследования в центральный аппарат СК дела в отношении Карчева, Мангутова и Абрамова были прекращены. В апреле 2024 г. Хорошевский суд Москвы приговорил Симоненко к 22 годам колонии строгого режима, писали «Ведомости».
Группа Merlion – одна из крупнейших в России, которая занимается дистрибуцией компьютерной и бытовой техники, электроники и др. Ей принадлежат розничные магазины «Позитроника», «Ситилинк», производитель компьютерной техники iRU и «Сеть компьютерных клиник».
На этой неделе в Совете Федерации обсуждали недостатки законодательства. Как оказалось, в Кодексе административных правонарушений не прописан механизм освобождения так называемых «спецсубъектов» от штрафов за нарушение правил дорожного движения, которые фиксируются автоматическими камерами видеонаблюдения.
Как подчеркнул сенатор от Липецкой области Максим Кавджарадзе, техника не способна выделять в общем потоке автомобили под управлением судей, депутатов, прокуроров, сотрудников Следственного Комитета и прочих «спецсубъектов», обладающих неприкосновенностью. В итоге им, как и обычным гражданам, приходят «письма счастья».
«Получается, что гарантии неприкосновенности прекращают действовать при автоматической фиксации. Это нелогично», — возмутился сенатор.
В этой связи он предложил предусмотреть механизм, который позволит освобождать «спецсубъекты» от оплаты штрафа и тем самым избежать «правовой неопределенности».
С такой позицией согласились не все. Так, зампред Шестого кассационного суда Радик Габдуллин напомнил, что законы о неприкосновенности должностных лиц принимались с конкретной целью — исключить давление на них и обеспечить независимость решений. А камеры — это всего лишь «техника», которая не имеет собственных интересов, и аннулировать в данном случае штрафы нецелесообразно.
Член Высшей квалификационной коллегии судей РФ Сергей Хазанов уточнил, что ежегодно с помощью автоматических камер выносится более 200 млн постановлений, и «значительная часть» нарушителей — это как раз «спецсубъекты».
Несмотря на эти возражения, сенаторы решили «обобщить» высказанные предложения и передать их Валентине Матвиенко для подготовки возможной «законодательной инициативы».
«Чтобы вам не приходили штрафы с дорожных камер, нужно не нарушать ПДД!» — возмущаются россияне в комментариях к этой новости. — «Видимо, все идет к тому, что вообще платить не будут. Закон будет лишь для нас».
Судейское сообщество определилось с руководством и приоритетами
На пленарном заседании Совета судей 2 декабря окончательно определилась новая конфигурация руководства судебной системой России. Ее перспективы и основные приоритеты на том же заседании обозначил председатель Верховного суда (ВС) Игорь Краснов, призвав бороться за качество судебных решений: они не должны содержать намеков, порождать двойственность толкования и тем более являться катализатором мошеннических и незаконных схем.
Первым решением, принятым на пленарном заседании, стало избрание новым руководителем организации председателя Мосгорсуда Михаила Птицына. Он сменил на этом посту судью ВС Виктора Момотова, ушедшего в отставку после иска Генпрокуратуры об изъятии имущества, происхождение которого ведомство связывает с нарушением антикоррупционного законодательства. Новый председатель был деловит и краток. «В моем понимании судейское сообщество — это единая команда судей под руководством ВС. Готов работать в интересах судей, работников аппарата суда, а также в интересах укрепления законности в РФ»,— заверил он собравшихся.
После этого совет одобрил назначение бывшего заместителя генпрокурора Геннадия Лопатина на пост главы судебного департамента при ВС. «Я лично знаю этого человека, за годы совместной нашей работы он продемонстрировал навыки эффективного управления ресурсами, понимание механизмов обеспечения деятельности крупных государственных структур, способность выстраивать межведомственные взаимоотношения на самом высоком уровне»,— представил кандидата Игорь Краснов. Тот, в свою очередь, заверил, что сделает все возможное, чтобы оправдать оказанное доверие.
В своем первом выступлении перед Советом судей Игорь Краснов напомнил, что по инициативе ВС уже принят ряд нормативных решений, нацеленных на оптимизацию судопроизводства и повышение его эффективности. Эта работа будет продолжена, пообещал он и призвал собравшихся бороться за качество судебных решений. «Они не должны содержать намеков, ничем не подкрепленных оценочных суждений, порождать двойственность толкования, а тем более являться катализатором мошеннических и иных незаконных схем»,— подчеркнул председатель ВС, добавив, что, к сожалению, такие факты имеются. «Принятие решений в угоду региональным и местным властям, обслуживание интересов корпораций и коммерческих структур недопустимы»,— добавил господин Краснов, пообещав бескомпромиссную реакцию на любые действия коррупционного характера.
Слова про судебные решения, которые могут стать катализатором мошеннических схем, вызвали заметное оживление среди присутствующих: у всех на слуху резонансное дело о мошенничестве при продаже квартиры певицы Ларисы Долиной, решение по которому сильно осложнило положение покупателей недвижимости. Председатель ВС следит за общественной дискуссией по «делу Долиной» и его развитием, рассказал “Ъ” источник в ВС. «Учитывая его принципиальное отношение к вопросам защиты прав граждан, однозначно эта проблема будет решена в рамках правового поля»,— уверен собеседник “Ъ”.
Выступая уже в качестве председателя Совета судей, Михаил Птицын дал понять, что в работе этой организации следует ждать серьезных изменений. Совету следует отказаться от несвойственных ему функций, связанных с решением технических и хозяйственных задач, а вместо этого сосредоточиться на фундаментальных для судебной системы вопросах, таких как повышение уровня материального и социального обеспечения судей, внедрение цифровых технологий, вопросы мировой юстиции. «Исходим из того, что в дальнейшем судебный департамент будет самостоятельно принимать решения по текущим вопросам обеспечения деятельности судов, вынося на обсуждение Совета судей только вопросы концептуального характера»,— подчеркнул господин Птицын.
По его словам, следует пересмотреть модель взаимодействия совета с высшей инстанцией: комиссии должны на всех этапах работать во взаимодействии со структурными подразделениями ВС, которые ответственны за ту или иную сферу деятельности. По словам нового руководителя, от членов Совета судей также ждут предложений, направленных на повышение эффективности его работы. Как ожидается, их рассмотрят уже на следующем пленарном заседании (инициативы уже начали поступать). Председатель комиссии Совета судей по этике Наталия Бурашникова предложила в целях оптимизации работы Совета судей объединить комиссии по этике и по противодействию коррупции, рассмотрев вопрос о включении в комиссию в качестве экспертов представителя управления кадров и госслужбы ВС.
По данным “Ъ”, после пленарного заседания Совета судей Игорь Краснов представил Геннадия Лопатина коллективу судебного департамента при ВС.
