Железнодорожный районный суд г. Хабаровска заочно вынес приговор по уголовному делу в отношении бывшей супруги директора АО «Спецавтохозяйство по санитарной очистке г. Хабаровска».
Она признана виновной по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 285 УК РФ (пособничество в злоупотреблении должностными полномочиями).
В суде установлено, что с 2019 г. по 2021 г. подсудимая, будучи исполнительным директором ООО «Китон Авто» и ООО «Китон Авто ДВ», согласилась на предложение бывшего супруга выступить контрагентами АО «САХ» по поставке, приему и захоронению твердо-коммунальных отходов на мусороперегрузочной станции «Северная».
Директор АО «САХ», в свою очередь, обеспечил беспрепятственный проезд мусоровозов указанных организаций на станцию и приемку от них отходов в объеме свыше 400 тыс. куб. метров без оплаты.
В результате совершенного преступления причинен ущерб АО «САХ» в сумме свыше 156 млн рублей и обладателю 100% акций общества – администрации г. Хабаровска в виде недополученных дивидендов от деятельности общества в размере 10% от чистой прибыли в сумме свыше 15 млн рублей.
Подсудимая от органов предварительного расследования скрылась и объявлена в международный розыск.
Суд заочно приговорил виновную к 4 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима с лишением права заниматься деятельностью в сфере сбора, обработки и утилизации отходов на 2 года.
Ранее в отношении директора предприятия вынесен приговор.
Видеозаписи с участием сотрудников ГИБДД в последнее время приобрели огромную популярность в социальных сетях, такие видео очень популярны. На большинстве таких роликов инспекторы ГИБДД настойчиво требуют прекратить видеосъёмку, объясняя это нарушением закона.
Ещё более распространена ситуация, когда инспектор ГИБДД составляет протокол и запрещает снимать его действия на камеру, угрожая водителю применением силы или наложением ареста. Насколько законны такие требования и что говорит на этот счёт Верховный суд?
Почему инспекторы ГИБДД не любят видеосъёмку?
В глазах инспектора ГИБДД видеозапись — это потенциальный инструмент, который может быть использован против него. Именно поэтому многие сотрудники ГИБДД активно препятствуют съёмке, стремясь ограничить возможности фиксации их действий гражданами. То есть, если что-то сделал инспектор ГИБДД не так, то по видео это можно будет легко доказать, именно по этому инспектора ГИБДД и не хотят, чтобы их либо то как они составляют протокол снимали на видео.
Однако правомерны ли такие требования? Попробуем разобраться, основываясь на действующих нормах законодательства.
Что говорит закон?
Российское законодательство не содержит прямого запрета на видеосъёмку сотрудников полиции. Напротив, деятельность полиции строится на принципах открытости и публичности, что указано в федеральном законе №3 «О полиции». Конституцией РФ также гарантировано право граждан на свободный сбор и распространение информации, которая не противоречит законодательству РФ.
Следовательно, запрет на видеосъёмку инспектора ГИБДД не имеет законных оснований. Если сотрудник полиции требует прекратить съёмку, он фактически ущемляет права гражданина, которые предоставил ему высший закон — Конституция РФ, что недопустимо.
Что говорит Верховный суд?
Конечно одни могут говорить, что запрет законен, другие наоборот- не законен, но последний аргумент в споре о видеосъёмке предоставил Верховный суд РФ.
Представляем Вашему вниманию решение Верховного суда, по обсуждаемому нами вопросу.
Кассационная коллегия рассмотрела дело № 58-КАД20-10-К9, в котором водитель вёл видеосъёмку инспектора ГИБДД, составлявшего протокол. Инспектор ГИБДД потребовал прекратить съёмку, но водитель отказался, продолжая снимать, а когда инспектор ГИБДД «настоял» и водитель был вынужден прекратить видеосъёмку, с такими требованиями инспектора ГИБДД водитель не согласился и решил отстоять свои права в суде.
Первая инстанция признала действия инспектора ГИБДД незаконными, однако с этим был не согласен сам инспектор ГИБДД и подав жалобу, апелляция отменила это решение, поддержав позицию инспектора ГИБДД. Фактически апелляционное решение поддержало законность запрета видеосъёмки инспектора ГИБДД.
Водитель не согласился с таким решением и обратился в Верховный суд, который окончательно подтвердил: снимать инспектора ГИБДД можно всегда и в любом случае.
Верховный суд указал, что требования сотрудников полиции прекратить видеосъёмку не основаны на законе и, следовательно, незаконны. Деятельность полиции открыта и гласна, и любое вмешательство в права граждан на получение информации недопустимо. В своём решении Верховный суд сослался и на Конституцию РФ и на закон о полиции.
Как вести себя, если инспектор ГИБДД требует выключить камеру?
Если инспектор ГИБДД настаивает на прекращении видеосъёмки, не поддавайтесь на его давление. Вежливо объясните, что вы имеете полное право вести съёмку, так как это не запрещено законом. В идеале ведите запись на мобильный телефон, так как современные гаджеты оснащены хорошими камерами и микрофонами, что позволит зафиксировать разговор и действия инспектора ГИБДД.
Если инспектор ГИБДД продолжает настаивать, зафиксируйте это на видео. В будущем запись может стать ценным доказательством в случае судебного разбирательства.
Как правило все требования и угрозы инспектора ГИБДД составить протокол за неповиновение перестать снимать на видео остаются словами, случаев составления протокола по статье 19.3 КоАП РФ мы не знаем. Таким образом, запрет видеосъёмки инспектора ГИБДД и угроза составления протокола за неповиновение это своего рода психологическое давление на водителя, которое часто срабатывает.
Заключение
Видеосъёмка инспектора ГИБДД — это законное право каждого гражданина. Инспекторы ГИБДД не имеют права запрещать съёмку или требовать выключить камеру. Любое нарушение этого принципа будет рассматриваться как превышение полномочий и может стать основанием для дисциплинарного наказания сотрудника полиции.
Защищайте свои права, ведите себя уверенно и корректно, и помните: знание законов поможет вам избежать неприятностей на дороге.
Представьте: у вас забирают участок по решению суда, а деньги за него обещают определить только через полгода. За это время вы теряете и землю, и потенциальный доход. Именно так и происходило — пока один предприниматель не дошел до Конституционного суда. Рассказываем, как его жалоба изменила правила игры для всех собственников.
Частник vs «Автодор»
Господин К, индивидуальный предприниматель, владевший четырьмя с лишним гектарами угодий в одном из сел Тверской области, пожаловался в Конституционный суд.
Как передают ознакомившиеся с документами наши коллеги из «Ведомостей», сначала, полтора года назад, в августе 2024, арбитражный суд принял решение землю у К. изъять в пользу государственной компании, контролирующей дорожное строительство. И (следите за хронологией!) лишь в марте 2025 года лишившемуся земли владельцу была определена сумма причитающейся компенсации – около 2 000 000 рублей.
Обращение в КС частник мотивировал тем, что посчитал нарушенным свое конституционное право. А именно: проигнорирована часть 3 статьи 35 Конституции, где черным по белому прописано правило – материальное возмещение в случаях подобных изъятий должно быть не постфактум, а предварительным. А также, что важно – гарантированным и равноценным.
Неполученная вовремя компенсация могла бы прирасти доходом
Вышло, что истец, после того как потерял собственность без рубля возмещения, ни с земли своей приработка уже не мог иметь, ни пассивного дохода с компенсации, положи он ее, скажем, на банковский депозит.
«ВЕДОМОСТИ Урал» взяли на себя труд прикинуть, сколько бы за год мог получить вчерашний собственник, выплати ему госкомпания 2 миллиона в конституционно гарантированном порядке, то есть «до», а не «после» лишения прав на землю. Средние ставки еще пару месяцев назад доходили до 20 процентов годовых и выше. Математика нехитрая, вышло – от 350 до 400 тысяч не случившихся рублей. Не мизерная сумма для среднестатистического жителя российского села.
Так изымать и компенсировать? Или компенсировать и изымать?
Казалось бы, если основной закон страны гарантирует правило: «нет компенсации – нет изъятия», то какие вообще могут быть вопросы о последовательности действий?!
Однако, в том то и коллизия, что прецедент и жалоба в КС заставили членов Конституционного суда обнаружить противоречие между постулатами Основного закона и некоторыми положениями Земельного и Гражданского кодексов. В последних описание процедуры изъятия несколько размыто и допускает разночтение, а именно – возможность выделения единого по сути вопроса в два исковых производства: одно – об изъятии, другое – об определении компенсации. Что, собственно и произошло на практике, и что, как уверяют юристы, случается часто в судах.
В общем, не было бы у «конституционников» новых забот, да жалоба россиянина помогла. И это уже без иронии, поскольку, по заявлению самих представителей КС, впереди у них работа – потребуется привести в соответствие положения Гражданского и Земельного кодексов с императивом Конституции.
Когда на кону не компенсация, а право не отдавать свое
Этот вид тяжб, в один голос говорят правозащитники, самый драматический и чувствительный как для истцов, так и для ответчиков. Пример тому – один из свердловских споров, прошумевший на всю страну.
С одной стороны противостояния – успешный фермер, выращивающий на двух сотнях гектаров земель в Режевском районе злаковые культуры – овес, ячмень, пшеницу, с другой – «Саумская горнорудная компания», входящая в группу АО «Полиметалл», которая по интересам государства и его лицензии, промышляет в тех же краях, где и владения фермера, разведкой и добычей золота.
Так вот позиции и аргументы нынешнего владельца земли и положившей на нее глаз государственной компании оказались столь равновелики, что в ходе противостояния, в котором, к слову, окончательная точка не поставлена по сей день, суды разных инстанций принимали противоположные решения.
Судите сами, фермер, будучи главой успешного КФХ, кормит пшеницей и прочими злаками страну, у него хорошие ежегодные обороты, налаженный сбыт, да и продовольственная безопасность – не пустой звук, но золотодобытчики тоже важны государству для обеспечения его стратегических запасов. Представляете, сколь точные формулы расчетов нужны судейским товарищам, чтобы ответственно определить, чей вклад в общественное благо будет выше, читай: за кем оставить 200 гектаров.
Звучат даже мнения, что все способен решить компромисс, когда, к примеру, горняки не изымут, а арендуют часть гектаров у фермера для своих технологических нужд.
Словом, Верховный суд направил дело на новое рассмотрение, сочтя достаточным для того основанием жалобу и аргументы фермера, не желающего расставаться с собственностью.
Итожим. Право настаивать на предварительном и равноценном возмещении стоимости уходящего из наших рук имущества закреплено в Конституции страны.
И если один скромный российский предприниматель смог принципиальностью своей определить фронт работ для целого авторитетного КС, не будем и мы стесняться пользоваться этим правом в полной мере. Да и, попросту, знать о нем.
Главный итог: Решение Конституционного суда — не просто победа одного человека. Это сигнал всем: право собственности защищено Основным законом. Теперь у каждого, кто столкнется с подобной ситуацией, есть мощный аргумент: «Сначала — гарантированная компенсация. Потом — разговор об изъятии». Знание этого права — ваша лучшая страховка.
