Судейское сообщество определилось с руководством и приоритетами
На пленарном заседании Совета судей 2 декабря окончательно определилась новая конфигурация руководства судебной системой России. Ее перспективы и основные приоритеты на том же заседании обозначил председатель Верховного суда (ВС) Игорь Краснов, призвав бороться за качество судебных решений: они не должны содержать намеков, порождать двойственность толкования и тем более являться катализатором мошеннических и незаконных схем.
Первым решением, принятым на пленарном заседании, стало избрание новым руководителем организации председателя Мосгорсуда Михаила Птицына. Он сменил на этом посту судью ВС Виктора Момотова, ушедшего в отставку после иска Генпрокуратуры об изъятии имущества, происхождение которого ведомство связывает с нарушением антикоррупционного законодательства. Новый председатель был деловит и краток. «В моем понимании судейское сообщество — это единая команда судей под руководством ВС. Готов работать в интересах судей, работников аппарата суда, а также в интересах укрепления законности в РФ»,— заверил он собравшихся.
После этого совет одобрил назначение бывшего заместителя генпрокурора Геннадия Лопатина на пост главы судебного департамента при ВС. «Я лично знаю этого человека, за годы совместной нашей работы он продемонстрировал навыки эффективного управления ресурсами, понимание механизмов обеспечения деятельности крупных государственных структур, способность выстраивать межведомственные взаимоотношения на самом высоком уровне»,— представил кандидата Игорь Краснов. Тот, в свою очередь, заверил, что сделает все возможное, чтобы оправдать оказанное доверие.
В своем первом выступлении перед Советом судей Игорь Краснов напомнил, что по инициативе ВС уже принят ряд нормативных решений, нацеленных на оптимизацию судопроизводства и повышение его эффективности. Эта работа будет продолжена, пообещал он и призвал собравшихся бороться за качество судебных решений. «Они не должны содержать намеков, ничем не подкрепленных оценочных суждений, порождать двойственность толкования, а тем более являться катализатором мошеннических и иных незаконных схем»,— подчеркнул председатель ВС, добавив, что, к сожалению, такие факты имеются. «Принятие решений в угоду региональным и местным властям, обслуживание интересов корпораций и коммерческих структур недопустимы»,— добавил господин Краснов, пообещав бескомпромиссную реакцию на любые действия коррупционного характера.
Слова про судебные решения, которые могут стать катализатором мошеннических схем, вызвали заметное оживление среди присутствующих: у всех на слуху резонансное дело о мошенничестве при продаже квартиры певицы Ларисы Долиной, решение по которому сильно осложнило положение покупателей недвижимости. Председатель ВС следит за общественной дискуссией по «делу Долиной» и его развитием, рассказал “Ъ” источник в ВС. «Учитывая его принципиальное отношение к вопросам защиты прав граждан, однозначно эта проблема будет решена в рамках правового поля»,— уверен собеседник “Ъ”.
Выступая уже в качестве председателя Совета судей, Михаил Птицын дал понять, что в работе этой организации следует ждать серьезных изменений. Совету следует отказаться от несвойственных ему функций, связанных с решением технических и хозяйственных задач, а вместо этого сосредоточиться на фундаментальных для судебной системы вопросах, таких как повышение уровня материального и социального обеспечения судей, внедрение цифровых технологий, вопросы мировой юстиции. «Исходим из того, что в дальнейшем судебный департамент будет самостоятельно принимать решения по текущим вопросам обеспечения деятельности судов, вынося на обсуждение Совета судей только вопросы концептуального характера»,— подчеркнул господин Птицын.
По его словам, следует пересмотреть модель взаимодействия совета с высшей инстанцией: комиссии должны на всех этапах работать во взаимодействии со структурными подразделениями ВС, которые ответственны за ту или иную сферу деятельности. По словам нового руководителя, от членов Совета судей также ждут предложений, направленных на повышение эффективности его работы. Как ожидается, их рассмотрят уже на следующем пленарном заседании (инициативы уже начали поступать). Председатель комиссии Совета судей по этике Наталия Бурашникова предложила в целях оптимизации работы Совета судей объединить комиссии по этике и по противодействию коррупции, рассмотрев вопрос о включении в комиссию в качестве экспертов представителя управления кадров и госслужбы ВС.
По данным “Ъ”, после пленарного заседания Совета судей Игорь Краснов представил Геннадия Лопатина коллективу судебного департамента при ВС.
В конце ноября 1864 кокандский мулла Алимкул с 10-тысячным войском выступил из Ташкента и двинулся к крепости Туркестан. Конечной целью была атака на русские поселения Семиречья.
Комендант Туркестана, узнав, что в степи бродят какие-то шайки (это были головные дозоры кокандцев) выслал на разведку сотню уральских казаков есаула Василия Серова.
Отряд под командованием Серова состоял из 2 офицеров, 5 урядников, 98 казаков, кроме того к сотне придано 4 артиллериста, фельдшер, обозный и три посыльных казаха.
От встречных киргизов Серов узнал, что селение Икан, которое находится от Туркестана в 25 километрах, уже занято каким-то отрядом. 4 декабря сотня двинулась на разведку, и возле Икана казаки неожиданно наткнулись на главные силы кокандской армии.
Казаки успели только занять канаву, развьючить верблюдов, создать завалы из мешков с провиантом. И оказались в окружении.
Среди уральцев были матерые бойцы, которые участвовали ещё в обороне Севастополя и первых походах в Туркестан. В течение трех дней, оставшись без пищи и воды, уральцы держали круговую оборону. Отбили десятки атак. Им удалось подбить лошадь под самим Алимкулом.
Мулла Алимкул прислал Серову записку: «Сдайся и прими нашу веру: никого не обижу!» Предателей не нашлось. Утром 6 декабря в 7 часов утра кокандцы пошли в атаку с трех сторон. Казаки, голодные, полуживые от усталости, не спавшие трое суток, отбивают подряд 4 атаки. А потом Серов командует уральцам встать в каре и идти на прорыв.
Кокандцы налетали, рубя ослабевших. С собой уносили отрезанные головы казаков. За три часа казаки прошли меньше трех верст.
В сумерках они увидели, отряд, отправленый комендантом Туркестана. Алимкул ушёл в степь. По итогам трехдневного боя иканская сотня потеряла больше половины личного состава.
О подвиге казаков нет упоминаний в учебниках. Памятника подвигу Иканской сотни в России нет. Нет и улицы, названной в честь подвига. Однако, память о подвиге живёт, вопреки всему.
КС отклонил жалобу на порядок проверки судом действий следователя при отказе в возбуждении уголовного дела Конституционный Суд вынес Определение № 2668-О/2025 по жалобе на неконституционность ст. 125 «Судебный порядок рассмотрения жалоб», ч. 1 и 3 ст. 144 «Порядок рассмотрения сообщения о преступлении», а также ч. 6 ст. 148 «Отказ в возбуждении уголовного дела» УПК РФ.
Полагая, что в действиях сотрудников вневедомственной охраны есть признаки состава преступления, предусмотренного ст. 303 «Фальсификация доказательств и результатов оперативно-розыскной деятельности» УК РФ, Александр Черухин обратился с соответствующим заявлением в правоохранительные органы. Следователь, после многократной отмены руководителем следственного органа аналогичных предшествующих решений, вновь отказал в возбуждении уголовного дела на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК, т.е. в связи с отсутствием в деянии признаков состава преступления.
Судья районного суда подтвердил правомерность данного отказа в порядке ст. 125 УПК. Вышестоящие судебные инстанции согласились с этим решением. При этом суды пришли к выводу, что доследственная проверка проведена полно и всесторонне, надлежащим должностным лицом, с выполнением всех ранее указанных при предыдущих отменах требований, а также с учетом проверки всех имеющих значение обстоятельств, в том числе обозначенных самим заявителем.
В жалобе в Конституционный Суд Александр Черухин указал, что ст. 125, ч. 1 и 3 ст. 144, а также ч. 6 ст. 148 УПК не соответствуют Конституции, поскольку допускают возможность отказа в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления, не позволяя суду проверить законность действий следователя при производстве проверки в порядке ст. 144 и 145 УПК, когда нарушения, установленные вышестоящими должностными лицами при отмене постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, в ходе расследования уже устранены, а также позволяют прокурору и руководителю следственного органа неограниченное количество раз после истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности направлять материалы для дополнительной проверки, проводимой в неопределенный срок, в ходе которой фактически производятся следственные действия, без получения согласия либо возражений от лиц, в отношении которых такая проверка проводится, и без юридического оформления данных действий.
Отказывая в принятии жалобы к рассмотрению, КС отметил, что в своем Определении № 578-О/2019 разъяснял: ч. 6 ст. 148 УПК, применяемая в системном единстве с иными нормами данного Кодекса, не предполагает право уполномоченных органов и должностных лиц разрешать вопрос об отказе в возбуждении уголовного дела без проведения следственных и иных процессуальных действий, направленных на собирание доказательств и установление обстоятельств события, в связи с которым поступило сообщение о преступлении, позволяющих дать ему обоснованную и квалифицированную оценку на предмет наличия или отсутствия признаков преступления, что необходимо для решения вопроса о возбуждении или об отказе в возбуждении уголовного дела. Тем более положения названной статьи не предполагают повторное – после отмены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела прокурором, руководителем следственного органа или судом – вынесение такого постановления без проведения дополнительной проверки сообщения о преступлении, без выполнения требований и указаний прокурора или руководителя следственного органа, без устранения нарушений закона, на которые указал суд.
При этом руководитель следственного органа, следователь, орган дознания и дознаватель не вправе повторно принимать решение об отказе в возбуждении уголовного дела на основе тех же фактических обстоятельств, с опорой на те же материалы проверки сообщения о преступлении, а обязаны после устранения выявленных нарушений вновь оценить как фактическую, так и правовую сторону дела и принять новое процессуальное решение, учитывая, что основанием для возбуждения уголовного дела является наличие данных, указывающих на признаки преступления, и такие сведения, собранные в предусмотренном уголовно-процессуальным законом порядке, должны быть достаточными и достоверными. Поскольку основания для возбуждения уголовного дела уже дают достаточные данные, указывающие лишь на признаки преступления, а не на наличие преступления как такового, то отмена постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, а тем более многократная – как незаконного и необоснованного – может служить опровержением утверждения об отсутствии признаков преступления, а также оснований для проведения следственных и иных процессуальных действий, направленных на собирание доказательств и установление обстоятельств события, в связи с которым поступило это сообщение.
Из требований ч. 2 ст. 21 УПК, возлагающей на прокурора, следователя, орган дознания и дознавателя обязанность в каждом случае обнаружения признаков преступления принять предусмотренные этим Кодексом меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления, во взаимосвязи с его ст. 140, 144, 146 и 148 вытекает обязанность принять необходимые процессуальные меры, с тем чтобы выяснить обстоятельства дела, содержащиеся в сообщении о преступлении, установить в надлежащих процедурах событие произошедшего, не прибегая к поспешным или беспочвенным выводам о прекращении расследования. Иное, указал Конституционный Суд, свидетельствовало бы о прямом и умышленном нарушении требований уголовно-процессуального закона, о злоупотреблении должностными полномочиями, о неисполнении или ненадлежащем исполнении должностными лицами своих процессуальных обязанностей, о недобросовестном или небрежном их отношении к службе, а значит, о причинении вреда интересам правосудия, правам потерпевшего, гарантируемым Конституцией и охраняемым в том числе нормами уголовного закона, в частности ст. 285, 286, 293 и 316 УК (определения КС № 2618-О/2020 и № 2942-О/2024).
Наряду с этим, пояснил Конституционный Суд, по смыслу ст. 125 УПК не исключается рассмотрение судом в установленном ею порядке в пределах полномочий, вытекающих из природы судебного контроля на стадии предварительного расследования, и жалоб, касающихся неэффективности проверки сообщения о преступлении и расследования, если такая неэффективность является следствием ненадлежащих действий, бездействия либо решений соответствующих должностных лиц (определения КС № 578-О/2019; от 26 апреля 2021 г. № 864-О/2021; от 18 июля 2024 г. № 2001-О/2024 и др.).
Как заметил КС, Пленум Верховного Суда также разъяснил, что к затрудняющим доступ граждан к правосудию следует относить такие действия (бездействие) либо решения должностных лиц, ограничивающие права граждан на участие в досудебном производстве по уголовному делу, которые создают гражданину препятствия для дальнейшего обращения за судебной защитой нарушенного права, включая отказ в приеме сообщения о преступлении либо бездействие при проверке этих сообщений; при этом судья не вправе предопределять действия должностного лица, осуществляющего расследование, отменять либо обязывать его отменить решение, признанное им незаконным или необоснованным (абз. 5 п. 2 и п. 21 Постановления от 10 февраля 2009 г. № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»).
Таким образом, указал Конституционный Суд, оспариваемые заявителем законоположения сами по себе не нарушают его права. Проверка же и оценка обоснованности конкретных процессуальных действий и решений, принятых в ходе и по результатам проверки сообщения о преступлении, а также правильности применения оспариваемых норм в конкретном деле с учетом его обстоятельств не относятся к компетенции КС.
В комментарии «АГ» адвокат Николай Герасимов отметил, что правовая неопределенность либо несоответствие нормам Конституции РФ в данном случае действительно не усматривается. «Суд общей юрисдикции в рамках судебного контроля оценивал именно то решение следователя, на которое была подана жалоба, − постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Какие-либо иные решения, действия, насколько можно судить, заявитель не обжаловал, следовательно, оценка судом им и не давалась. У суда имеется возможность оценить законность и обоснованность действий следователя, предпринятых им в рамках проведенной проверки, однако для этого необходимо их обжаловать непосредственно. В случае подачи заявителем такой жалобы она была бы принята и рассмотрена судом в установленном законом порядке», − указал он.
В то же время, обратил внимание Николай Герасимов, вторая часть жалобы относительно вопросов неоднократного направления материалов на дополнительную проверку даже после истечения сроков давности привлечения к ответственности, а также того, что фактически такие проверки проводятся в ничем не ограниченный срок, осталась без оценки КС, хотя его позицию по этим вопросам было бы крайне интересно узнать.
Адвокат Руслан Берсагуров согласился с позицией КС, поскольку в определении достаточно подробно и аргументированно изложены мотивы отказа принятия жалобы к рассмотрению. «Действующее уголовно-процессуальное законодательство, регулирующее процедуру проверки сообщения о преступлении и порядок принятия решения об отказе в возбуждении уголовного дела, соответствует положениям основного закона государства, а сложившаяся практика применения отмеченных норм не создает условий для ущемления прав граждан, гарантированных им Конституцией РФ», − полагает он.
Руслан Берсагуров пояснил, что суд при рассмотрении жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ на действия или бездействие и решения должностных лиц органа предварительного расследования оценивает соблюдение ими положений уголовно-процессуального закона на основании тех сведений, которые имеются на момент инициирования производства по жалобе. «То есть сам по себе факт многократности отмены постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с допущенными нарушениями при проведении проверки, на мой взгляд, не может служить единственным и достаточным основанием для удовлетворения такой жалобы, при условии что те самые нарушения уже устранены и принято окончательное процессуальное решение, которое и подлежит изучению в рамках судебного контроля», − заключил адвокат.
Адвокат Денис Архипов заметил, что определение отчасти представляется эхом давней теоретической дискуссии о целесообразности существования обособленной стадии возбуждения уголовного дела в нашем уголовном процессе: «Немотивированность или шаблонность процессуального решения, неэффективность доследственной проверки, а также частная недобросовестность следователя – классические проблемы данной стадии».
При этом эксперт указал, что несмотря на отказной характер определение обладает некоторым дисциплинирующим потенциалом. Он пояснил, что в практике многократной отмены незаконных и необоснованных постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела Конституционный Суд усмотрел не прием следственной тактики («расследование до расследования»), а пример недобросовестности. «Причем сам факт многократности отмены процессуальных решений рассматривается как обстоятельство, способное служить опровержением утверждения об отсутствии признаков преступления. Бросается в глаза, что Конституционный Суд дает весьма суровое определение таким нарушениям, фактически формулируя признаки состава должностного преступления. Хотелось бы видеть симметричный подход и при решении вопроса при вынесении незаконного постановления о возбуждении уголовного дела», − резюмировал Денис Архипов.
Реакция на коррупцию в судейской среде будет бескомпромиссной, заявил председатель Верховного суда Игорь Краснов на пленарном заседании Совета судей.
«Принятие решений в угоду региональным и местным властям, обслуживание интересов корпораций и коммерческих структур недопустимы. На любые действия коррупционного характера — вне зависимости от уровня их совершения — реакция будет бескомпромиссной», — сказал он.
По словам Краснова, судебная практика должна базироваться исключительно на основании закона и правовых позиций Верховного суда. Ключевая роль здесь отводится президиуму, работу которого активизируют.
В следующем году планируется обобщить практику по делам о самовольном строительстве, банкротстве, налогообложении, применении таможенного законодательства и другим актуальным вопросам, добавил председатель Верховного суда.
Он отметил, что видит задачу высшего судебного органа в проведении четкой, логически непротиворечивой линии издаваемых актов и решений по делам. Они должны быть понятны не только судьям, но и юридическому сообществу, населению и бизнесу.
«Высшая судебная инстанция страны должна и будет говорить ясно, а суды — слышать эту позицию в ее точном и официальном виде», — подчеркнул Краснов.
Одной из главных задач председатель Верховного суда назвал повышение качества судебных решений. Краснов подчеркнул, что в них не должно быть намеков, ничем не подкрепленных оценочных суждений, они не должны позволять двойственного толкования и не давать возможности аферистам строить на них мошеннические схемы.
Кроме того, Краснов обратил внимание на высокую нагрузку на судей и поручил отказаться от громоздких бюрократических процедур, части статистики и форм отчетности, многие из которых уже утратили практическое значение.
