Поводом для рассмотрения дела стал запрос правительства Магаданской области после судебных разбирательств, связанных с нехваткой техники, оборудования и инвентаря в лесопожарных подразделениях региона. В постановлении № 40-П суд подтвердил, что полномочия по охране лесов на землях лесного фонда, включая обеспечение лесопожарных формирований техникой и оборудованием, остаются федеральными даже после их передачи субъектам РФ. Соответственно, Российская Федерация сохраняет ответственность за финансирование этих полномочий. Одновременно КС указал, что если вступившее в силу судебное решение требует безотлагательно устранить нарушения и существует непосредственная угроза возникновения лесного пожара, регион обязан выполнить мероприятия за счёт собственных ресурсов, не дожидаясь дополнительного финансирования. Речь может идти в том числе о закупке техники, оборудования и инвентаря для лесопожарных формирований. При этом понесённые расходы подлежат компенсации из федерального бюджета. В первую очередь средства должны выделяться из нераспределённого резерва лесных субвенций, который, согласно действующим правилам, предназначен в том числе для финансирования судебных решений в сфере охраны лесов от пожаров. Если такой резерв исчерпан, компенсация должна быть предоставлена в следующем финансовом году. Вместе с тем суд предусмотрел исключения. Федеральные органы вправе отказать в возмещении расходов полностью или частично, если будет установлено, что регион расходовал ранее полученные субвенции не по согласованным направлениям либо не предпринимал разумных и достаточных мер для получения дополнительного финансирования. В таком случае исполнение судебного решения производится уже за счёт средств субъекта РФ, хотя отказ в финансировании может быть оспорен в судебном порядке.
Эмоциональные видеозарисовки о браконьерском промысле в Соболевском районе Камчатского края недавно опубликовало камчатское издание «Общество и власть. Час Пик».
«Не каждая плавбаза сможет переработать те объёмы, с которыми справляются местные подпольные цеха. Подпольными назвать цеха также не получается! Где они расположены, знают абсолютно все! (…). Цеха работают как часы, и в них на постоянной основе требуются сотрудники», — комментирует главный редактор Сергей Мылов.
«Браконьерские бригады из приезжих особо не прячутся и становятся станами прямо в Соболево, тем более три новых цеха выявилось в этом году», — заключает редакция камчатской газеты «Общество и власть. Час Пик».
Вынуждены сразу попросить прощения за резкие высказывания, но, как выяснилось, без них уже не получается выразить всю обеспокоенность событиями, происходящими в Соболевском округе.
Сходу и не поймёшь, с чего лучше начать. Поэтому просто резюмируем: в округе полное безвластие! Нет, конечно, государственные органы представлены в полном объёме, но на этом, пожалуй, функции государства в округе заканчиваются?
Так уж сложилось, что в силу удалённости и труднодоступности населённые пункты Соболевского округа привыкли жить в собственной реальности. По тем же причинам существуют проблемы и с наличием работы, отсутствие которой компенсируется населением относительной доступностью природных ресурсов.
Проблема бытового браконьерства существует в округе не год, не два и даже не десять лет, а куда дольше! Браконьерство настолько прочно вошло в быт жителей, что мало кто понимает, в чём их время от времени обвиняют.
Вот и информация об утверждении прокуратурой обвинительного заключения по уголовному делу по незаконной добыче краба жителями округа — скорее неожиданное событие, нежели системная работа?
Собственно, бытовым назвать тот объём браконьерства краба, который происходит в Соболевском районе, не поворачивается язык. Не каждая плавбаза сможет переработать те объёмы, с которыми справляются местные подпольные цеха. Подпольными назвать цеха также не получается! Где они расположены, знают абсолютно все! И местная администрация, и полиция, и, как в сказке про Винни-Пуха, все-все-все! А если кто-то делает вид, что не в курсе событий, то им время от времени напоминают вполне официальными обращениями. Так как это делает, например, Сергей Мылов
Цеха работают как часы, и в них на постоянной основе требуются сотрудники. Чем многие жители пользуются. Но начать стоит, пожалуй, с окончания «производственного процесса» или, попросту, ликвидации его отходов. Потому что именно отходы незаконного крабового производства стали своеобразной визитной карточкой Соболевского района. Горы крабовой «шелухи» повсюду, начиная с въезда в Соболево, где для накопления используются бывшие силосные ямы. Свалки (как законные, так и стихийные) также завалены бытовыми отходами и отходами крабового производства.
Эти свалки привлекают медведей, которых уже невозможно не замечать! И приходится хоть как-то реагировать. Да и тот же Мылов с головы не слезает и постоянно требует от администрации действий по ликвидации свалок. И речь, кстати, не только о крабовых отходах, возникших от деятельности бытовых браконьеров! Действующие в округе рыбоперерабатывающие заводы также сливают свои отходы буквально куда попало! На отсутствие очистных сооружений или мощностей по переработке рыбных отходов также год за годом на традиционных совещаниях в краевом правительстве указывает Сергей Александрович Мылов, но руководителям заводов куда проще и выгоднее выкопать бульдозером траншею и сваливать отходы производства именно туда, чем тратиться на переработку отходов.
Нет смысла перечислять государственные органы, которые предпочитают не замечать весь бардак, творящийся в округе. Потому что это буквально все ? И местная Дума (и не местная тоже), полиция, прокуратура, рыбоохрана. Да и местный ГИМС, особой активностью не блещет так как ему ни как не удается застать эти катера в движении ,а на берегу они не в праве их проверить?
Оно и понятно! Трудно быть принципиальными, живя в селе в окружении браконьеров! Наверное, нам нужно сказать спасибо за то, что силовики сами не умудрились засветиться в каком-нибудь из криминальных сюжетов, правда? В целом, ситуация, хоть и отдаленно, но напоминает таковую в краевом центре. Это к вопросу о деятельности надзорных органов.
Прокуратура в рамках своих полномочий запретила слив жидких отходов за пределами специализированных полигонов согласно Распоряжения Правительства Камчатского края № 400 –РП от 11.08.2016 года . .
И все они оказываются в ближайших ямах и кустах, да еще в непосредственной близости от сел , а потом ЧС объявляют с связи с нашествием медведей?
Администрация округа по традиции делает удивленные глазки, но по определению не может признаться в том, что надлежащего земельного (как, впрочем, и любого другого) контроля не осуществляет в рамках ст. 287.7 ГК РФ и ст. 8.8 КоАП РФ , а только жалуются ,что они то сообщают об этом в государственные органы ,а те мол не чего не делают??
Отдел СВТУ предпочитает не замечать сливы отходов непосредственно в реки.
Государственная инспекция по маломерному флоту (ГИМС), которая «кошмарит» рядовых владельцев маломерных судов за соответствие размеров шрифта в номере, по странному стечению предпочитает не замечать использование судов вообще без номеров, либо с номерами, но нанесенными на унылой дощечке
Да что мы пристали к инспекторам ГИМС? Ведь даже пограничники, учитывая их малую численность вряд ли смогут, что то сделать в Соболевском округе? Поправьте нас, если вам кажется, что мы ошибаемся? Но упрямая статистика выявленных нарушений по статье 256 УК РФ будет в нашу пользу.
А в целом, Соболевский округ — Мекка для браконьеров. Браконьерские бригады из приезжих особо не прячутся и становятся станами прямо в Соболево , тем более 3 новых цеха выявилось в этом году.
Быть может, отчасти и поэтому и бывшего главу Соболевского района, проторчавшего на своей должности порядка 22 лет, уволили в связи с утратой доверия.
Можно подумать, что у остальных чиновников это доверие есть????
Свое личное мнение и оценочное суждение журналиста основанное на имеющихся документах и информации изложил . Петрович.
Злые языки употребляют термин «цыганщина» при упоминании чего-то не поддающегося нормальному восприятию и близкого к анархии. Единственное, на наш взгляд, позитивное упоминание цыган звучит при описании туристической Мекки Таиланда — Деревни Ко Панье, где дома стоят на сваях, вбитых в морское дно, а вместо улиц — деревянные мостики.
Близок день, когда исполнится мечта нашего губернатора и потоки туристов хлынут на полуостров.
А нам, убогим, только и останется, что встретить и разместить гостей. Одним из вероятных мест будет, по всей видимости, база на реке Большая в месте под названием «Косилка». Точнее сказать, не на реке, а на её берегу, примыкающем к рыбопромысловому участку № 728.
Собственно, и берегом то трудно назвать то, что по самые уши находится в воде.
Домики, возведённые на сваях, благополучно обошли требование законодательства о размещении в водоохранной зоне объектов капитального строительства. Но по факту они мало чем отличаются от жилья морских цыган.
По заверениям местных жителей домики были возведены буквально за зиму. Но поскольку все контролирующие органы у нас в стране работают без каникул, то поверить в то, что никто не знал о строительстве, просто невозможно.
Да, собственно, никакой тайной факт строительства не являлся!
Всё шло своим чередом. Некий гражданин, назовем его условно Алексей, получил в собственность участок на берегу реки и, заплатив денежку, заказал оценку негативного влияния на окружающую среду в региональном НИИ, просто построил дома в водоохранной зоне. То есть с точки зрения закона гражданин абсолютно чист!
Хотя для всех понятно, что эти домики стали одним из элементов эволюции представителей дикого туризма на Камчатке!
Окупировавшие в недавнем прошлом берега реки бизнесмены от рыболовного туризма перешли от палаточных городков к более «цивилизованной» схеме.
Но цивилизованной эта схема стала только для рыболовов-туристов.
С точки зрения рыбоохраны, например, что палаточные городки, что облагороженные домики – одинаковый источник раздражения и заселены потенциальными нарушителями природоохранного законодательства.
А тот, кто будет с этим спорить, либо глуп, либо банально в доле!
Кому кроме рыбоохраны доставляют беспокойство возникшие на берегах реки базы? Как ни странно, но тем же владельцам рыболовных участков.
Первой линией обороны от засилия стихийных застройщиков в водоохранных зонах должна была стать администрация Усть-Большерецкого округа. Но почему-то не стала! О причинах распинаться, полагаем, не нужно, да? Это и деньги, и ещё раз деньги! Тем более, что в сферу рыболовного туризма кинулись некоторые представители администрации, отошедшие от дел! Отошедшие от дел, но не забыв при этом организовать одну-две туристические базы. Проникшись речами губернатора края, эксчиновники нащупали золотую жилу, и их с неё и ссаными тряпками не сгонишь. Но так или иначе земельные участки вдоль реки получили именно те, кто имел возможность это сделать.
Другой линией обороны могли стать организации, делающие оценку негативного воздействия на окружающую среду для последующего получения согласования на ведение хозяйственной деятельности в водоохранной зоне. И до какого-то периода две организации, занимающиеся этим вопросом (региональный НИИ и филиал Главрыбвода), подходили к вопросу достаточно скрупулезно и дробили на корню все поползновения бизнесменов на деятельность у воды.
Но затем, наверное, что-то случилось! Что именно – трудно предположить! Быть может, понадобились деньги? Не знаем. Утверждать не станем.
И вот все согласования получены, разрешения тоже, и бизнес вышел в люди! С точки зрения обывателя – ничего плохого в этом нет. И люди зарабатывают, и услуги оказываются. Тем более что губернатор у нас поборник туризма на Камчатке и активно проталкивает любые начинания бизнеса, связанные с оказанием туристических услуг.
Только эффект от развития подобного бизнеса оказался сродни таковому, как и при строительстве объектов к Олимпиаде в Сочи. Поверившие в развитие туристического потенциала Краснодарского края (преимущественно из столичного региона) кинулись скупать земли от Горячего Ключа до Сочи и возводить на них гостиницы, но сразу же после завершения Олимпиады столкнулись с проблемой использования своей недвижимости, которая вдруг стала никому не нужна. Ни туристам, ни владельцам, которые не могут от неё избавиться. Так и у нас в крае. Представители туристического бизнеса, переоценив потенциал предлагаемых мест, вложились в строительство, приобретение оборудования и транспорта и на выходе рискуют остаться только с кредитами. Конечно же, сейчас никто уже ничего не докажет, и в администрации абсолютно тупых людей нет, но поговаривают, что не без усилий со стороны краевых властей руководство районов подталкивали к переводу статуса земель в иное назначение только для того, чтобы эти земли можно было отдать под строительство баз. Да и вообще, маломальски пригодные для отдыха земли оказались в руках туристического бизнеса. Паратунская зона так вообще стала забывать о том, что такое местные жители. А на той же реке Большой неожиданно зачахло строительство и развитие туристического направления на базе «Голубая лагуна». Да и в целом, все телодвижения нынешнего губернатора напоминают метания подростка из крайности в крайность. Подростки также имеют свойство чем-то быстро увлекаться и также быстро утрачивать интерес к своим идеям. В качестве примера можно привести прошлогодний проект «Три хвоста горбуши», который благополучно умер. Ведь сейчас о нем уже никто и не вспоминает! А население края, тем не менее, интереса к свободной добыче природного ресурса не утратило. И единственное, почему проект губернатора потерпел крах, — это неудачно выбранное место его реализации. О чем, кстати, губернатору неоднократно намекали. Ну, кто бы ещё нас слушал! Пройдут годы, и закончится срок пребывания на посту у назначенного губернатора. Уже ни у кого не возникает вопрос о полярности (+ или -) оценки его деятельности на полуострове. Остаются лишь вопросы: кто останется разгребать все эти речные (и не только) таборы на Камчатке.
Свое личное мнение и оценочное суждения журналиста основное на имещейся информации изложил Петрович
Верховный суд России впервые прямо зафиксировал важное правило для участников гражданского процесса: если сторона представляет суду сведения о фактах, полученные с использованием искусственного интеллекта, она должна сообщить об этом суду.
Речь идёт о Постановлении Пленума ВС от 21 мая 2026 года № 15. В нём Верховный суд напоминает базовый принцип: суд может устанавливать обстоятельства дела только на основании доказательств, предусмотренных законом. Это объяснения сторон, показания свидетелей, письменные и вещественные доказательства, аудио- и видеозаписи, заключения экспертов и другие допустимые доказательства по ГПК.
На этом фоне ИИ не становится отдельным видом доказательства. Нейросеть сама по себе не превращает информацию в юридически значимый факт. Но если с её помощью были получены, обработаны или сформированы сведения, которые затем подаются в суд, об этом нужно прямо сообщить.
Таким образом, Верховный суд начинает постепенно встраивать ИИ в процессуальные правила. Но пока очень осторожно, через обязанность раскрывать его использование там, где это может повлиять на установление фактов по делу.
Эти цифры стали одним из триггеров на круглом столе в комитете Госдумы по экологии, природным ресурсам и охране окружающей среды, где обсуждали утилизацию автомобильных шин, резинотехнических изделий и пластиков.
Заседание провел заместитель председателя комитета Александр Коган. Он обратил внимание на ситуацию в Московской области, где губернатор Андрей Воробьев с удивлением узнал о накоплении использованных шин из-за того, что часть организаций-утилизаторов не прошла перелицензирование.
Коган указал на системный разрыв между числом лицензиатов и фактических участников системы расширенной ответственности производителей (РОП). Лицензии на утилизацию имеют более тысячи организаций, тогда как в реестр утилизаторов внесены менее 300. Среди причин — сложность включения в реестр, трудная отчетность и слабая мотивация самих лицензиатов участвовать в процедурах РОП: многие и без этого зарабатывают на реализации вторичного сырья.
Представители «Татнефти», выступившей инициатором круглого стола, предложили перевести рынок шин на сквозную идентификацию и прослеживаемость, включая маркировку через «Честный знак» и создание отдельной государственной информационной системы по шинам. По их оценке, без цифрового учета невозможно нормально видеть путь шины от продажи до восстановления, переработки или нелегального выброса.
В Татарстане прием шин организован бесплатно, а сами шины направляются на пиролиз, в результате которого получают сырье для дальнейшей нефтехимической цепочки, включая изобутан для «Тольяттикаучука». Целевой показатель «Татнефти» — 400 тысяч тонн переработки шин к 2030 году. При этом вопрос о признании пиролиза видом утилизации остается спорным. Замглавы департамента отходов Минприроды Владимир Руденко сообщил, что министерство такую позицию поддерживает, однако Росприроднадзор возражает.
Еще один спорный сюжет — восстановление шин. Сейчас в России оно применяется примерно к 5 % шин, тогда как в ЕС показатель достигает 40 %. «Татнефть» предлагает учитывать восстановление в системе РОП, но руководитель Ассоциации производителей шин Надежда Чурмеева предупредила: если такую операцию приравнять к утилизации, то восстановители могут попасть под лицензирование деятельности по обращению с отходами.
Чурмеева также поддержала идею целевого расходования экологического сбора — в частности, на создание точек сбора шин. Сейчас участники рынка указывают на проблему: деньги собираются, но отрасль не видит достаточной привязки этих средств к реальной инфраструктуре сбора и переработки.
По пластиковым отходам картина выглядит еще жестче: в России образуется около 5 млн тонн отходов пластика, но перерабатывается лишь 10 %. Среди ключевых проблем — низкая собираемость, дисбаланс по видам собираемых полимеров и невозможность зачета переработки в рамках более широких групп полимеров.
Отдельно участники указали на рост китайской продукции: импорт достиг 297 тысяч тонн и занимает около 34 % рынка. В качестве ответа предлагалось ввести в системе РОП «коэффициент экологичности» для экспортных преформ — фактически дополнительный барьер для продукции с более высокой нагрузкой на систему обращения с отходами.
Еще проблема — слабый спрос на вторичное сырье. Норматив его использования в 8 % не распространяется на пищевую упаковку, хотя это 22 млрд единиц в год. После сортировки остаются смешанные полимеры, которые можно переработать только через пиролиз. Представитель ассоциации «Клевер» Владимир Зотов предложил включить продукты пиролиза в конвертер, чтобы они могли засчитываться в системе РОП.
Главный вопрос Александра Когана — что нужно сделать, чтобы повысить спрос на вторсырье, — остался без ответа. Именно это и стало нервом дискуссии: отрасль предлагает маркировку, ГИС, пиролиз, коэффициенты и новые правила зачета, но без гарантированного спроса на вторсырье переработка шин и пластиков рискует остаться не экономикой замкнутого цикла, а очередной системой учета проблем.
В России на 2026 год утверждены новые предельные сроки ожидания бесплатной медицинской помощи по полису ОМС. Они разные для разных случаев — от экстренных до плановых обследований. Рассказываем главное.
Когда помощь приезжает сразу
Экстренную помощь, когда жизни угрожает опасность, обязаны оказывать без всяких очередей. Скорая должна приехать к пациенту не позже чем через 20 минут после вызова. Если нужна срочная госпитализация, в приёмном покое больницы обязаны помочь максимум за три часа.
Неотложка — до двух часов
Если угрозы жизни нет, но помощь нужна быстро (например, подскочило давление или поднялась высокая температура), то ждать врача можно не больше двух часов с момента обращения.
К терапевту — за сутки
Приём у участкового терапевта, педиатра или врача общей практики должен состояться не позже чем через 24 часа после того, как вы записались или пришли в поликлинику.
Анализы и узкие специалисты — до двух недель
Если врач назначил вам консультацию узкого специалиста (невролога, кардиолога, хирурга и так далее) или обычное обследование (УЗИ, рентген, маммографию, лабораторные анализы), то ждать можно не больше 14 рабочих дней. Столько же положено ждать госпитализации в плановом порядке.
Для КТ и МРТ — тоже 14 дней
Важное уточнение: даже сложные исследования вроде компьютерной томографии (КТ), магнитно-резонансной томографии (МРТ) и ангиографии при обычном плановом приёме должны проводиться в течение 14 рабочих дней с момента назначения.
Для пациентов с подозрением на онкологию или болезни сердца — сроки сократили
В 2026 году вступили в силу новые правила для самых опасных заболеваний.
Если у врача есть подозрение на рак или серьёзную проблему с сердцем и сосудами, то:
консультация узкого специалиста должна пройти максимум за 3 рабочих дня;
любые анализы и инструментальные исследования (включая КТ, МРТ, биопсию) — за 7 рабочих дней.
Для пациентов онкологией действует отдельное правило: диспансерное наблюдение у врача-онколога должны начать не позже чем через 3 рабочих дня после того, как поставлен диагноз. Если же пациента с онкологией или сердечно-сосудистым заболеванием кладут в больницу (не экстренно), то ждать плановой госпитализации он может не больше 7 рабочих дней.
Куда жаловаться, если ждать приходится дольше?
Если в поликлинике или больнице нарушают эти сроки, можно звонить страховым представителям по бесплатному телефону Единого контакт-центра в сфере ОМС: 8-800-333-06-03. Звонок по России бесплатный.
В России возникла проблема с «ряжеными» ветеранами СВО
В России полностью вышла из-под контроля ситуация с наградами за участие в СВО — об этом заявили члены Общественной палаты (ОП) РФ. Дело в том, что фонды, НКО и даже частные лица выпускают огромное количество орденов и медалей, похожих на государственные. А на маркетплейсах можно купить копии реальных наград. Разобраться в этом хаосе очень сложно — в результате «ряженые» читают лекции в школах и вузах, а в случае уголовного преследования убеждают суд «проявить снисхождение к ветерану». После окончания СВО проблема только усугубится, признают в палате.Развернуть на весь экран
Фото: Александр Коряков, Коммерсантъ
Открывая заседание, член ОП РФ Екатерина Колотовкина заявила, что ситуация с неправомерным ношением наград «стала уже неконтролируемой». Она рассказала, как встретила трех мужчин в камуфляже с большим количеством орденов и медалей, включая знаки, не отличимые внешне от звезд Героев России. Госпожа Колотовкина решила расспросить «героев» об их подвигах. Оказалось, что они просто возят гуманитарные грузы, а награды получили от общественных организаций. Женщина опубликовала фотографии этих мужчин и получила угрозы.
«Это наболевшая тема. Фонды, НКО, организации, даже частные лица — все делают собственные медали и бесконтрольно раздают их»,— пояснила журналистка Анастасия Кашеварова. По ее словам, некоторые военные носят такие «общественные» награды без злого умысла: «Им просто лишь бы больше медалей». Но есть и липовые ветераны СВО, которые с помощью наград втираются в доверие и просят деньги. «Сколько есть историй, как обобрали богатых людей — якобы на гуманитарку или чтобы улучшить материальное положение ветерана»,— сказала госпожа Кашеварова.
Она предупредила, что после СВО мошенники «выйдут на улицы попрошайничать», поэтому с бесконтрольным ношением наград надо разбираться уже сейчас.
«Самые злостные из них идут в школы, выступают перед молодежью — такую хрень, извините, там несут»,— заявил Герой России Рустем Клупов. «В Луганском университете меня попросили привести «хоть какого-нибудь героя, но только чтобы был реальный герой»,— поделилась госпожа Кашеварова.— Потому что они привели человека к ребятам, а им потом по шапке настучали, потому что оказался совсем не герой».
Участник СВО, ветеран ЧВК «Вагнер» Константин Вознюк добавил, что некоторые «негодяи» в случае проблем с законом «не стесняются спекулировать незаслуженными наградами». «К нам обращаются из ФСБ, из уголовного розыска — мол, помогите, человек говорит, что был в ЧВК «Вагнер» и имеет награды. Они сами не могут это проверить никак,— рассказал он.— А у Минобороны многие наградные приказы носят закрытый характер. Силовики вынуждены верить негодяю и проявлять незаслуженное снисхождение. И в суде это зачастую прокатывает».
Ситуацию усугубляют маркетплейсы, где можно купить копии «вагнеровских» медалей и медалей Минобороны — даже господин Вознюк не смог их отличить от собственных. «А потом эти «ряженые» субстанции ходят в Госдуму, фотографируются с депутатами»,— добавил участник СВО Андрей Адаричев.
«Самое страшное, что они лезут во власть,— поддержала госпожа Кашеварова.— С этим надо бороться не только общественным порицанием, но и законодательно».
Юрист, член ОП РФ Александр Терновцов напомнил, что общественные организации имеют право учреждать знаки отличия. Однако им запрещено иметь «схожие названия или внешнее сходство» с госнаградами. На деле ограничение часто не соблюдается, а ношение «имитаций» грозит штрафом в размере от 1 тыс. до 1,5 тыс. руб. «Настолько общественно опасный проступок и настолько мизерная ответственность,— возмутился юрист.— Когда человек надевает награду, похожую на настоящую, он присваивает общественное доверие к себе, а еще обесценивает подвиг тысяч ребят». Поэтому господин Терновцов предложил повысить штрафы до 30–50 тыс. руб. Также была высказана идея зарезервировать слова «орден» и «медаль» только для госструктур, а общественникам использовать формулировку «знак отличия». Прозвучало предложение запрета определенных элементов дизайна: звезды, меча, креста и так далее. Наконец, был предложен запрет носить негосударственные награды на военной форме. Но эти инициативы оказались разбиты неожиданным аргументом: член ОП РФ Евгений Машаров напомнил, что награды того же «Вагнера» не являются государственными, а значит, подпадут под предложенные ограничения. «Не каждому солдату, который совершил реальный подвиг, приходит награда,— с сожалением подтвердил господин Клупов.— А отметить его как-то надо — чтобы было что оставить детям. И общественные медали — выход из этой ситуации. Просто их надо как-то ограничить…»
Господин Терновцов предложил создать реестр наград общественных организаций: вносить туда сведения об учредителях и получателях. Вести такой реестр, по его мысли, должен Минюст. «Такой реестр будет создаваться несколько лет»,— предупредил господин Машаров. А господин Вознюк добавил, что информация из такой базы может утечь. В итоге участники заседания решили создать на базе ОП РФ отдельную рабочую группу по вопросу наград и для начала обсудить проблему с маркетплейсами.
Путин разрешил списать долги бойцам СВО, заключившим контракт с мая 2026 года
Президент России Владимир Путин подписал закон о прекращении обязательств участников специальной военной операции (СВО), заключивших контракт с мая текущего года, по взятым до его подписания кредитам, соответствующий документ размещен на сайте официального опубликования правовых актов.
Прежнее законодательство позволяло списать просроченные долги по кредитам участников СВО, заключивших контракт не ранее 1 декабря 2024 года, а также их супругов. Речь идет об обязательствах, не превышающих в совокупности 10 миллионов рублей, по которым до 1 декабря 2024 года вступил в силу судебный акт о взыскании задолженности и (или) выдан либо предъявлен к исполнению исполнительный лист.
Новый закон освобождает участников СВО, заключивших контракт не ранее 1 мая 2026 года на срок не менее одного года, и их супругов от кредитных обязательств при условии, что до этой даты вступило в силу решение суда о взыскании задолженности и (или) выдан либо предъявлен к исполнению исполнительный лист. При этом, как и ранее, объем таких обязательств не должен превышать в совокупности 10 миллионов рублей.
Закон вступает в силу со дня его официального опубликования.
Есть конкретные истории, когда заседания Общественного совета при Рослесхозе становились отправной точкой для журналистских расследований и больших разборов в регионах. Фото: пресс-служба Общественного совета при Рослесхозе
Не в первый раз на заседании Общественного совета при Рослесхозе разбиралась ситуация на Камчатке, где фиксируются многочисленные нарушения природоохранного законодательства со стороны золотодобывающих компаний.
Речка приобрела химический запах, белый цвет, потеряв при этом прозрачность. Как установили общественники, расположенное в её верховье предприятие золотодобытчиков сбрасывает туда свои отходы. Другое предприятие вырубило большой участок леса, оголив берег нерестовой реки. Эти и другие факты становятся известными и вызывают внимание властей благодаря тому, что тревогу начинают бить общественники на местах, а затем их поддерживают соратники в Москве.
К примеру, есть конкретные истории, когда заседания Общественного совета при Рослесхозе, связанные с вопросами противодействия коррупции, становились отправной точкой для журналистских расследований и больших разборов в регионах. Так было в том числе несколько лет назад с ситуацией в лесопромышленном комплексе Приморья.
На прошлой неделе состоялось очередное заседание, посвящённое коррупции. Уже не в первый раз разбиралась ситуация на Камчатке. Глава государства Владимир Путин назвал этот регион жемчужиной России, отметив важность сохранения его природных красот.
Однако там по-прежнему фиксируются многочисленные нарушения со стороны золотодобывающих компаний. Почему никто не реагирует на незаконное строительство баз на землях лесного фонда? Почему выдаются акты о проведении лесовосстановления и рекультивации земель после золотодобычи, а на деле оказывается, что леса нет, что плодородный слой почвы превращён в пустыню, а нерестовые реки вместо рыбы наполнены химией?
Несмотря на неоднократные призывы сверху о внедрении полноценной ответственности компаний и их руководства за нарушения природоохранного законодательства и наносимый природе ущерб, воз и ныне там. Да, нарушения фиксируются, но продолжаются — возможно, потому, что административные штрафы выписываются в размере, не сопоставимом с нанесённым природе ущербом.
«Для нас важно не просто фиксировать проблемы, а добиваться внятных шагов: от корректировки правил до реального ужесточения контроля там, где лес — это не только ресурс, но и лакмус эффективности системы управления», — отметила Марина Мишункина, председатель общественного совета.
На заседании общественники подняли много вопросов, для решения которых необходимо привлечение соответствующих органов власти: Министерства природных ресурсов и экологии РФ, Росприроднадзора, местных властей и, безусловно, вмешательство Генеральной прокуратуры РФ. И намерены добиваться их внимания к проблемам Камчатки.
